Полная версия интервью журналу “Эксперт-Казахстан” от 3 марта (выдержки были опубликованы в номере от 16 марта).

– Какие причины вынудили власти пойти на этот шаг?

– Объяснения, которые были предъявлены обществу официально, довольно откровенны. По сути, впервые власти признались: досрочные выборы объявляются, поскольку режим не уверен, что на момент планового проведения президентских выборов ситуация будет для него выигрышна. Впрочем, такое объяснение выглядит столь же прямолинейным, сколько оно является и беспомощным – в самом деле, ведь если устраивать ситуацию, не совсем штатную с конституционной точки зрения, каждый раз, когда кое-кто думает, что что-то может случиться в будущем, лучше вообще не проводить выборы. «Не дай бог, сложится непростая обстановка в мировой экономике, а нам голосовать»…

Но тут надо признать, что так оно и происходит. Выборы в Казахстане проводят досрочно далеко не в первый раз. Досрочность выборов всегда является тревожным признаков для оценки демократии в стране, и допускается лишь в исключительных случаях форс-мажора или политического кризиса. Причина – одна из сторон политического процесса (которая объявляет выборы) ставит себя в заведомо более выгодное положение по сравнению с ее оппонентами. Два месяца на выдвижение, регистрацию кандидатов и агиткампанию – это просто смешно для любого, кто знает что-то о демократических процедурах, кто понимает смысл фразы «источником власти является народ».

Но тут возникают вопросы. О каких оппонентах может идти речь, когда оппозиционных партий, по сути, не осталось, есть только сателлиты и симулякры. Лидеров беспартийной оппозиции тоже нет, отошли от дел, и даже в случае их появления, барьеры при регистрации легко их отфильтруют. Ожидать, что за оставшееся время до плановых выборов оппозиция станет значимой силой, которая станет ощутимо досаждать режиму, оснований нет. Поэтому, по-моему, тут дело в политической «традиции», привычке проводить выборы досрочно для минимизации резонанса и вовлеченности населения в сколь-нибудь политизированный дискурс. Думаю, тут играет роль также устойчивая фобия нашего режима мифической угрозы импорта цветных революций – то есть, упреждение здесь может идти не в адрес потенциальных оппонентов «дома», а в адрес страшного Госдепа. Кто-то может сказать, что легитимизация нужна режиму из-за российского фактора, агрессивности северного соседа в отношении соседей – это тоже возможно, хотя ни от чего не страхует.

Больше оснований задать вопрос «какие причины вынудили власти пойти на этот шаг» у меня лично было бы, если бы режим решил провести выборы в положенный срок.

– По какому сценарию пройдут президентские выборы? Почему нас не балуют политической драматургией, в выборах полностью отсутствует интрига?

– По привычному – съезд Нур-Отана “уговорит” действующего президента, зарегистрируют еще нескольких технических, “фоновых” кандидатов, и озвученный результат голосования даст повод наблюдателям говорить о завышенных цифрах явки и острить об очередных вершинах всенародной поддержки. Драматургия осталась в прошлом, в 1990-х – как у нас, так и в России. Для режимов, которые сложились в наших странах – а также в Азербайджане, Узбекистане, Таджикистане – драматургия стала ненужным излишеством. Тот факт, что на время предвыборной кампании в обществе, как говорится, “приоткрываются окна”, стал их раздражать и нервировать. Свою роль в отказе от управляемого политического шоу оказали “цветные революции” – темные лошадки стали непозволительным риском. Зачистка диссидентов в межэлекторальные периоды закончила работу по созданию стереотипа о безальтернативности действующего режима.

– Готовы ли власти с помощью выборов-2015 задать тренд на будущее. Например, политтехнологически расставить фигуры, политические партии, которые займут определенную нишу (бизнес, сельхоз и т.д.) и будут там формировать дискурс? Одним словом, готовы ли власти разыграть «тонкий» сценарий для выстраивания в будущем более или менее нормальной политической системы?

– Нет. Повторять этот эксперимент они не будут. Бесславный конец ранее существовавших “секторальных” партий, о которых вы говорите – Асар, Гражданская, Аграрная – говорит о том, что появления на публичном поле иных центров тяжести недопустимо с точки зрения режима.

Утопией также мне всегда казалась версия “коллективного преемника” – она предполагает готовность нынешней системы к отказу от тотального контроля над общественным полем, толерантности к дискурсу, делегированию части ответственности и прерогатив.

В противном случае, атмосфера недоверия внутри системы (которую демонстрирует максимальная централизация публичной политики, подозрительность режима в отношении возможных претендентов на власть, да и сам факт хронически досрочных выборов) не даст политической парадигме перевесить узкокорпоративные интересы отдельных групп, претендующих на участие в переделе власти после ухода первого президента.

Партия Нур-Отан, которую некоторые считают другой возможной эманацией “коллективного преемника”, вряд ли сможет стать аналогом сингапурской ПНД, поскольку так и не сложилась как автономный и устойчивый политический институт. Кроме того, на мой взгляд, еще рано говорить о планах транзита в Казахстане, поскольку действующий глава государства, похоже, искренне убежден в собственной незаменимости – по крайней мере, в среднесрочной перспективе.

Что касается перспектив “тонкого” сценария, могу предположить, что все тенденции, которым мы были свидетелями в последние годы – в политике, в области СМИ, в изменениях законодательства – никак не указывают на то, что кто-то думает о “тонком” сценарии. Все, к сожалению, делается, исходя из интересов режима, максимизации контроля, изгнания инакомыслия из публичного пространства – даже национальная или информационная безопасность в официальных документах читается как безопасность и незыблемость действующей власти.

Для транзита это очень плохо, так как второй президент унаследует не только массу полномочий в рамках конституции (которая и так чрезмерно “перекошена” в пользу президента и ставит все три ветви власти в подчиненное ему положение), но и огромный репрессивный аппарат. В таких условиях транзит не приведет к более открытому и цивилизованному обществу; скорее, на этом фоне повышается риск дворцового переворота.

Расскажи друзьям
Адиль Нурмаков, кандидат полит. наук. Верит в успех безнадежных мероприятий.

Никто не высказался. Пока.

Выскажись

Hello world

Welcome to wiki This is your first post. Edit or delete it, then start blogging!

Hello world

Welcome to wiki This is your first post. Edit or delete it, then start blogging!

Hello world

Welcome to wiki This is your first post. Edit or delete it, then start blogging!

Об империях

Американский исследователь Р.Суни (цит.по Абдилдабекова А. «Формирование империи: теоретический ракурс») определяет империю как сложносоставное государство, в котором метрополия господствует над […]

ОАЭ vs. Казахстан (инфографика)

Время от времени в соцсетях всплывает картинка, сравнивающая Дубаи 20 лет назад и сейчас. В Казахстане сделали такое же фотосравнение […]

Как власть уничтожала информационную безопасность, а потом схватилась за голову

Об информационной безопасности Казахстана в последнее время стали говорить чаще и громче, во многом из-за последствий российской аннексии Крыма и […]