Предлагаем вашему вниманию выдержки из статьи “Военная политика русского царизма на востоке в ХVIII – ХIХ в.в.” за авторством Кенжебекова К.К. к.и.н., и.о. доцента кафедры «Философия и история» Казахского экономического университета имени Т. Рыскулова.

Многие годы в советской историографии господствовало мнение, что присоединение Казахстана к России происходило добровольно, и было единственно правильным и верным решением казахского народа для спасения от джунгарского нашествия. Современной исторической науке известно, что реальной угрозы для казахов Младшего жуза, первыми вступившими в русское подданство, со стороны джунгар не существовало [1].

Царское самодержавие, которое ещё с XVI века обращало свой взор на юго-восточных соседей, несказанно было обрадовано вестью о том, что из южных степей прибыло посольство с просьбой о принятии их в русское подданство. А. Левшин по этому поводу писал: «Неожиданное и приятное происшествие сие, которого истинных причин ещё не знали в Петербурге, было принято с радостью. Оно льстило славе государства, ибо присоединяло к нему без малейшего кровопролития несколько сот тысяч новых поданных» [2].

Это радостное событие объясняется тем, что задолго до того, как хан Абулхаир решил разрешить свои проблемы за счет сильного соседа, русское правительство создавало проекты, и провело несколько мероприятий по овладению этим богатым регионом. После победоносного окончания Северной войны, Петр Великий “изволил особливое попечение иметь и о том, чтобы обезопасить и на самых тех местах, где ныне, с помощью Божьей, Оренбургская линия строится, действительно основать, а через то героичным своим намерением путь во всю полуденную Азию отворить…” [3].

Это намерение Петра Великого показывает истинные цели русского правительства в отношении Казахстана и Средней Азии.

Воспользовавшись формальным принятием российского протектората, Российская империя начала претворять свои планы в жизнь, тем не менее, понимая, что введение в состав империи обширной территории, заселенной народом, не желающим идти в подданство, не обойдется без увеличения военных линий и укреплений. Следует признать, что ещё до формального принятия российского протектората, русское правительство начало возведение военных крепостей и укреплений в казахских степях.

В начале XVIII века, русское правительство для обеспечения земледельческой колонизации устроило сильную линию укреплений. Эта пограничная линия носила название Ишимской, в состав её входил город Ишим под именем Коркиной слободы и более 100 форпостов и острогов. В 1716 г на левом берегу Оми построена Омская крепость, в 1717 – Железинская, осенью 1718 года основана Семипалатинская крепость, в 1719 – крепость на озере Нор-Зайсан и в 1720, при впадении речки Ульбы в Иртыш, генералом Лихаревым была основана крепость Усть-Каменогорская, которая положила начало упрочению русского влияния в казахской степи [4]. Параллельно шло укрепление уже имеющихся крепостей, новые военные экспедиции отправлялись вглубь степи.

Молниеносное и решительное продвижение русского оружия на востоке казахских степей было неспроста. После успешного завершения войны со Швецией, Россия сосредоточила основные усилия на востоке, и здесь сразу же выявилась слабость военно-политических позиций империи. Для России на юге и востоке сложилась неблагоприятная обстановка; выход в Азовское море был утерян, Турция закрывала доступ в теплые моря, среднеазиатские караванные пути контролировали враждебные России ханства и эмираты. Именно поэтому, пользуясь затишьем на западных границах, русское правительство начинает укреплять свои позиции на юго-восточных границах, причем при помощи именно регулярных частей империи.

Во всех вышеупомянутых крепостях были размещены гарнизоны из пехотных солдат и конных драгун. Для связи пяти крепостей, в 1720 году, было устроено 7 промежуточных форпостов.

Подведя итог вышесказанному, можно с уверенностью сказать, что Российской империи нужен был только повод для оправдания своих действий на востоке казахских степей. И поэтому событие, произошедшее в 1731 году, было воспринято с такой радостью. Сразу же после изъявления желания казахов Младшего жуза принять русское подданство, русское правительство начало готовиться к отправке военной экспедиции. Во главе её был назначен статский советник И. К. Кириллов. [7]. 7 июня 1734 года, по докладу обер-секретаря сената И. К. Кириллова, императрица подписала указ, первый пункт которого гласил: «…сему городу с Богом вновь строить назначенному, именоваться Оренбург, и во всех случаях и называть и писать сим нас должны именем».

10 ноября 1734 года Кириллов прибыл в Уфу. В его распоряжение были отданы пехотный Пензенский полк и Уфимский гарнизон. Кроме того, был объявлен поход половине уфимских дворян и казаков; сюда же шел вологодский полк: уфимские, мензелинские и бирские малолетки также должны были присоединиться к отряду. В Уфе был уже заготовлен провиант, из Сибири шли 500 подвод, нагруженных разными припасами, под прикрытием особой роты солдат. Чтобы облегчить подвоз провианта из сибирских магазинов, Кириллов в конце 1734 года основал на левом берегу Урала, при устье реки Урляды, Верхнеяицкую крепость.

11 апреля 1735 года Кириллов выступил из Уфы, в сопровождении Тевкелева. Под прикрытием 15 рот регулярных частей, 350 казаков, 600 мещеряков, 100 башкир, Кириллов пошел дальше, имея при себе 23 медных пушки от 2 до 5 фунтовых, 1 чугунную 3-х фунтовую, 1 малую в 1 лот, 2 пудовые гаубицы и 2 медные мортиры в 32 фунта. В августе 1735 года Кириллов прибыл к устью реки Ори. 15 августа была заложена крепость, 31 августа – заложен город Оренбург, которому придавалось особое положение. По прошению Кириллова императрица Анна Иоановна дала городу «особые привилегии», в которых говорилось:

«построить город при устье Орь-реки впадающей Яик, дабы через то в покое, как оные орда в подданство содержать, так и коммерцию безопасную в пользу нашего интереса и наших подданных иметь».

О значении основания города Оренбурга, Витевский писал: «…построение русского города было созданием оплота для подчинения русской власти киргиз-кайсацких орд и проложение торгового пути в Среднюю Азию».

Деятельность И. К. Кириллова в Оренбургском крае положила начало созданию густой сети военных линий и укреплений. В апреле 1737 года Кириллов скончался. Его сменил, назначенный начальником экспедиции, позднее переименованной в Оренбургскую комиссию, В. Н. Татищев. В Указе, подписанном императрицей Анной Иоановной, на него возлагалось, в качестве первостепенной задачи, продолжение начатого строительства крепостей по Оренбургской линии, а также, чтобы «установленная с хивинцами коммерция всяким образом содержана и приумножена была».

При Татищеве строительство военных линий и укреплений было продолжено, а Оренбургская крепость перенесена, т.к. изначальная – позже переименованная в Орскую крепость – была заложена в неудобном месте (во время весеннего половодья реки разливались и заполняли город). В июне 1739 года на место Татищева был назначен генерал-лейтенант, князь Урусов В. А., но новый Оренбург был основан уже при следующем генерал-губернаторе Неплюеве И. И. в 1742 году [9].

К 1744 году Оренбургский край покрылся густой сетью военных линий, с поселениями, крепостями и редутами. От Оренбурга на запад шла Самарская линия крепостей, на юг Нижне-яицкая, на север Сакмарская и Орская дистанции Верхне-Яицкой линии, на восток Красногорская дистанция Верхне-Яицкой линии и Уйская линия, соединявшаяся с Западной Сибирью. Нижне-Яицкая линия простиралась до самого Каспийского моря на протяжении более 700 верст [10]. На одной только Оренбургской военной линии было построено: редутов-25; крепостей-16; городов-2.

Создавая военные линии на западе и востоке Казахстана, русское правительство все больше сознавало, что для создания плацдарма для завоевания Казахстана нужно создать непрерывную цепь военных линий, которая охватывала бы казахские степи со всех сторон, исключая возможность заключения военного союза казахских ханов со среднеазиатскими государствами.

Оренбургское и Уральское укрепления строились не только как передовые посты в деле продвижения русской власти в южные регионы Казахстана, но и как опорные пункты в борьбе с национально-освободительным движением. Укрепления были возведены в самый разгар восстания Кенесары Касымова. Командиры Сибирского Оренбургского корпусов видя бесполезность посылки в степь отрядов пришли к выводу о необходимости строительства укреплений в глуби казахских степей.

Этим решались две задачи: во-первых, чтобы коренные жители более четко ощущали присутствие русской власти, во-вторых, укрепления были расположены в непосредственной близости от очагов восстаний, что давало возможность не только расправляться с восставшими аулами, но и наблюдать за ходом перемещений основных сил восставших.

Русское правительство, не давая опомниться коренным жителям степи, вело наступление со всех сторон, охватывая стальным кольцом Казахстан, не оставляя надежды на помощь более сильных соседних государств. Именно с этой целью была создана Сырдарьинская военная линия.

Во второй половине XVIII века на азиатской политической арене произошли изменения. В 1757 году под ударами Китайской империи пало Джунгарское ханство. Это вызвало стремление России подчинить себе казахов Большой Орды, прежде подвластных джунгарам. Но и Китайская империя не собиралась оставаться беспристрастным наблюдателем. Начавшая между ними борьба заставила русское правительство опасаться за целостность приобретенных земель, по этому еще в 1745 году на Сибирскую линию из внутренних районов России были переведены пять драгунских полков под командованием генерала Киндермана. В период с 1745 по 1764 годы на Иртыше было устроено еще 24 укрепления, и от Иртыша до Кузнецка была проведена Колывано-Кузнецкая укрепленная линия.

В 1752 году начались работы по устройству новой пограничной линии под названием Пресно-Горьковской (или просто Горькой) линией, составлявшей 579 верст. На новой линии располагались 10 крепостей с редутами между ними. Главной крепостью была Петропавловская, где находился гарнизон из пехотного батальона, драгун, казаков и башкир, хранился оружейный арсенал [11].

Дальнейшие события по строительству военных линий развивались следующим образом. В 1764 году для подготовки плацдарма для присоединения края, выше крепости Усть-Каменогорская была построена Бухтарминская крепость [12]. Другой источник сообщает, что в 1720-1773 годах возводится Иртышская линия, в 1755 году – казачья линия между Омском и Звериноголовском, в 1759 году – Колывано – Кузнецкая линия, в 1780 году – Бухтарминская [13].

Все эти данные показывают, что возведение Сибирских военных линий происходило именно с начала XVIII века, до того как хан Абулхаир обратился за помощью к русскому правительству.

Для исполнения задуманного плана по охвату казахских степей со всех сторон, русское правительство продвигало свои передовые посты все дальше в глубь страны к южным рубежам. Одновременно со строительством Сырдарьинской военной линии русские стали приближаться к среднеазиатским владениям и со стороны Сибири. В 1824 году основываются Кокчетавское и Каркаралинское казачьи поселения, в 1826 году – Баянаульское, в 1827 году Акмолинское, в 1831 году Аягузское (Сергиополь), в 1841 году Капальское и в 1855 году укрепление Верное [14]. Таким образом, Оренбургская, Сырдарьинская и Сибирская военные линии, охватившие Казахстан с трех сторон, постепенно приближались друг к другу.

В 1854 году между ними еще оставался промежуток около 900 верст от форта Перовского до укрепления Верного. Возникла необходимость сомкнуть военные линии в кольцо. В 1864 году началось одновременное наступление двух отрядов: полковника Черняева с 2,5 тыс. человек со стороны Сибири и полковника Веревкина с отрядом 1 200 человек со стороны Оренбурга. Были взяты Туркестан и Чимкент, а в 1865 году Ташкент [15].

Литература

1. Территориальная целостность Казахстана: проблемы теории и истории.// Вестник АН КазССР.- 1990.- №12. с. 4-8.
2. Левшин А. Описание киргиз-кайсацких и киргиз-казачьих Орд и степей. Алматы.- Санат.- 1996.-( с. 264).
3. Витевский В.Н. И.И. Неплюев и Оренбургский край в прежнем его составе до 1758 года. Т. 1-2.- Казань.- 1897.- (с. 504).
4. Усов Ф. Статистическое описание сибирского казачьего войска. СПб. 1879 (с. 447)
5. Касымбаев Ж.К. Под надежную защиту России. Алма-Ата: Казахстан.- 1986.-(с.241).
6. Усов Ф. Статистическое описание сибирского казачьего войска. (с. 447)
7. Левшин А. Описание киргиз-кайсацких и киргиз-казачьих Орд и степей. Алматы.- Санат.- 1996.- ( с. 264).
8. Витевский В.Н. И.И. Неплюев и Оренбургский край в прежнем его составе до 1758 года. Т. 1-2.- Казань.- 1897.- (с. 504).
9. Энциклопедия военных и морских наук. Т.4. СПб.- 1888.-(с.624).
10. Витевский В.Н. И.И. Неплюев и Оренбургский край в прежнем его составе до 1758 года. Т. 1-2.- Казань.- 1897.- (с. 504).
11. Бенюх М.И. Горькая линия (Памятник военно-инженерного исскуства XYIIIв.). В кн. Из истории Западной Сибири. / Научные труды. Вып. 79.- Омск.-1974.-с.79-108.
12. Энциклопедия военных и морских наук. Т.7.(с.721).
13. Ядринцев М. Сибирь как колония. СПб. –1892.-( с. 350).
14. Хорошхин М. Казачьи войска. СПб. – 1881.-(с.340)
15. Энциклопедия военных и морских наук. Т. 4. с. 569.

Расскажи друзьям

Никто не высказался. Пока.

Выскажись

Об империях

Американский исследователь Р.Суни (цит.по Абдилдабекова А. «Формирование империи: теоретический ракурс») определяет империю как сложносоставное государство, в котором метрополия господствует над […]

О выборах

Полная версия интервью журналу “Эксперт-Казахстан” от 3 марта (выдержки были опубликованы в номере от 16 марта). – Какие причины вынудили […]

ОАЭ vs. Казахстан (инфографика)

Время от времени в соцсетях всплывает картинка, сравнивающая Дубаи 20 лет назад и сейчас. В Казахстане сделали такое же фотосравнение […]

Как власть уничтожала информационную безопасность, а потом схватилась за голову

Об информационной безопасности Казахстана в последнее время стали говорить чаще и громче, во многом из-за последствий российской аннексии Крыма и […]

Письмо из Киева: Трансформации информационного поля после Майдана

Антон Кушнир о трансформациях информационного поля Украины, отключении российских телеканалов и третьем Майдане.

Письмо из Бишкека: Принуждение к интеграции

Мирсулжан Намазаалы пишет сегодня о перспективах Кыргызстана в Таможенном союзе и манипулятивных технологиях нейтрализации тех, кто оппонирует кремлевскому проекту ЕАЭС.