Продолжение. Начало читайте здесь.

СПАСИБО, МАМА, ЧТО ТЫ ВРАЧ!

Вы наверняка в детстве любили листать «Веселые картинки», а я – медицинские справочники болезней. Особенно те, что с картинками — можно поиграть в игру «найди отличия сыпи от дерматита». Домашняя библиотека располагала к расширенному изучению анатомии.

Но самым любимым «комиксом» стало подробное описание болезни клиторомегалии, где в картинках был изображен рост клитора в нечто, напоминающее мужской половой член. Супер, да?! Прямо das ist fantastisch, особенно для начала 1990-х. Это открытие поразило мою психику надолго — на все детство, сколько я его помню.

Благодаря маме моя медицинская карточка к 10 годам стала напоминать томик стихов А.С. Пушкина. Иногда я изучал свои болезни просто от скуки, заодно расшифровывая загадочный почерк врачей. Это было даже захватывающе — заглянуть за занавес своих медицинских назначений.

Хотя дело было не только в маме. Болезнью Боткина, например, меня заразила та мерзкая девочка, которая ходила в тот детский сад, куда я пришел на время ремонта в моем садике. Спасибо тебе, о, юная незнакомка, что устроила мне пожизненные проблемы с печенью и желчным пузырем. В один из ставших рутиной походов на сдачу желчи, я познакомился глазами с другой пациенткой. Мы так и не поговорили из-за трубок во рту, но смотреть друг на друга было приятно. Впрочем, больница в памяти осталась, конечно, как дрянь. Особенно в те моменты, когда навещали родители и махали ручками за окном.

На этом фоне мама совсем распереживалась и с тех пор, до конца совместного проживания, стала пичкать единственное чадо лекарствами, травами, сиропами и прочими медикаментами. Я практически не слезал с антибиотиков, которые мне были как еда – вдруг, не дай бог, у меня воспаление чего-нибудь. Или просто так – для профилактики.

Но сказать «спасибо, мама, что ты врач» я должен — ни разу не стоял в очереди к врачу. Все-таки важно во всем находить плюсики, даже с горстью антибиотиков в косметичке.

ЖЕНЩИНЫ

Женщины – странный народ. Будучи женщиной наполовину, могу сказать с уверенностью – как я подумаю, так и будет. Мы правим миром, и сопротивление бесполезно.

С раннего возраста я начал искать плюсы в своей трансгендерности. Например, в классе мальчишки воспринимали меня как слабого младшего брата, и это играло мне на руку. В 5-6-7 классах дети еще ничего не понимают в энергиях «инь» и «ян», или в том, какие у ребенка могут быть психологические качества – мужские или женские. Однако, учителя не дураки…

Однажды я шел себе спокойно по школьному коридору, как вдруг меня остановила одна из самых мною любимых учительниц по прекрасному предмету «Биология» и очень серьезным тоном мне выговаривает: «Твое поведение не подобает мальчику! Ведешь себя как девочка! Нельзя себя так вести! Будь нормальным! Следи за собой! Искореняй в себе это!» Что такое «ЭТО» – она, как ни странно, не смогла объяснить. Сам я с трудом тогда понимал, в чем я не прав, что во мне не так, и с чего она взяла, что я «как девочка». Ну бред же! Я нормальный, такой же как и все, ребенок, играю с мальчишками во дворе, я любимец всех девчонок в классе и избранное лицо в лагере мальчишек, отвечающий за подглядывание за женскими раздевалками. Впрочем, я легко мог туда войти, и девочек это не смущало.

Упс. Что-то не так…

Угу. Я забылся. Я действительно стал проявлять свои качества девочки. Я мог подойти к однокласснику и сказать: «Владик, Игорь меня ударил. Разберись с ним». И Владик шел бить Игорю морду. Или на уроке труда: «Владик, я не могу сделать это. Помоги мне. Я не умею». Мужская половина внутри меня даже строгать и пилить могла кое-как, а точнее, не могла вообще.

Конечно, тогда я возненавидел эту учительницу. Может быть, даже плакал от своей слабости. Даже после стольких лет мне хочется плакать от обиды. Спустя много лет мы с мамой как-то встретили эту женщину на улице. Я поздоровался с ней. Она сухо ответила в ответ. И, о боги, мама вдруг поддержала меня, назвав учительницу гомофобкой. Такой она и была – при виде меня даже скривила свое уже подернутое морщинами лицо. Там, в школе, она была для меня волшебной сказочной королевой, а теперь превратилась в мерзкую старуху, гниющую изнутри своей ненавистью.

Примерно тогда же я поступил в музыкальную школу — почти случайно. Гуляя со старшей двоюродной сестрой, мы заглянули в музыкальную школу. Там витал запах волшебства по чудесным коричневым коридорам, по паркетному хрустящему полу. Звуки музыки — как таинство, доступное лишь тем, кто там учится. И мы решили поступить по классу скрипки.

Сдали экзамен и оба поступили. Дома я сказал матери: «Надо скрипку покупать. Я поступил в музыкальную школу. Ура!». Мать была натурально в шоке, а для меня это был первый шаг к принятию самостоятельных решений. Потом я всегда так делал — просто приходил домой и говорил: «Я уезжаю». – «Куда?» – «В Алматы/Караганду/Нью-Йорк/Омск/Астану/Киев…» Я и правда не понимаю, зачем кого-то предупреждать о своем желании что-то решить? Вот решу — и скажу…

Так я стал учиться игре на скрипке. Я был прелестным учеником – маленьким мальчишечкой со своей маленькой скрипочкой. Сестра, кстати, бросила – преподавательница обозвала ее дурой. С учителями такое бывает. Моя классная руководительница в музыкалке тоже, как-то раз ближе к концу четверти, поймала меня в коридоре и объявила: – «Ты охуел! У тебя сколько пятерок за эту четверть? А у тебя, блядь, все должны быть пятерки!!!». Я, конечно же, не сказал никому об этом. Говорю только сейчас. Кто бы поверил юному школьнику?

К чему сложились эти события – мне пока самому не очень понятно. Класс скрипки я забросил в пятнадцать, переключившись на «Marilyn Manson». Но пару ниточек в будущее, все-таки, думаю нащупываются — две гомофобки-учительницы, давшие мне силы и стремление исправить это «больное общество».

ФОБИЯ

Биологиня. Музыкантша. Мать. Гомофобия не щадит никого. А я почему-то всегда притягиваю агрессию. Недавно подруга разоткровенничавшись, сказала мне то же самое, что я знаю и сам — что я вызываю к себе много ненависти. Почему же?

Мои старинные друзья часто указывают на мой внешний вид. Ну да, я люблю черный цвет. И всегда его любил. Моя коллега из Риги тоже постоянно становится объектом обсуждения: мол, «и чего это она так бесновато выглядит»? Просто мы с ней обожаем «Marilyn Manson» и его пугающие образы, при том, что она — да и я — безумно добрые по натуре люди. И вот ведь ирония — на нас частенько люди срывают свою необоснованную злость и ненависть. И даже если мы вырядимся ангелами, ничего не изменится. Нас не полюбят. Хочется думать, что это блеск и сияние счастья в глазах вызывают зависть…

Мне было где-то пятнадцать, когда это началось. Злоба. Агрессия. Грубость. Язык ненависти. Издевательства. Однажды моя учительница по классу скрипки сочла нужным поговорить с моими родителями и поделиться своими страхами, что меня «могут соблазнить мужчины». Должно быть, я был очень сладким мальчиком. Она советовала им усиленно следить за моей жизнью, дабы я не вступил в ряды приспешников дьявола — гомосексуалов.

И тут началось – психолог номер «1», «2», «3» и далее по нумерации. Потом психиатр, далее — психотерапевт. Обследование головного мозга. Психиатрическая клиника. И что — спасли?! Ха! Да я ломал психологов об коленку на «раз-два». Один даже сказал: «Вы мне интересны как личность – давайте с вами продолжим сеансы». Как же, за свои деньги я ему его интерес буду обеспечивать…

Сама же преподавательница по скрипке стала меня к тому времени очень сильно раздражать, особенно ее молодой любовник со слащавыми гей-манерами. Похоже, что-то там у них было нечисто — слишком уж ловко она соринку в чужом глазу углядела, а у себя бревна не заметила.

Тем временем, в школе страсти тоже накалялись — ходить туда стало опасно. Мальчики меня больше не слушали. Шуточки в мой адрес стали жёстче. Девочки посмеивались по углам. Я медленно сползал со своего пьедестала «богини класса» к изгою.

Это был конец — и начало новой, трудной и тяжелой жизни. Где я приму на себя все удары, чтобы стать еще сильнее. Мое лицо будут пинать ботинками так, что губы порвутся в нескольких местах. Меня будут насиловать на восьмом этаже многоэтажки, и я захочу немедленно выброситься из окна. Меня будут поджидать и преследовать по всему Казахстану маньяки-извращенцы. Одноклассники доведут меня до нескольких попыток самоубийства. Я потеряю дружбу многих людей. Мои товарищи будут убиты в собственных квартирах от рук гомофобов. Я буду на коленях просить прощения у толпы разъяренных соседей, считающих меня исчадием ада. И в конце пути я окажусь в лучшем месте.

В Швеции.

Продолжение следует.

Расскажи друзьям

Об авторе Александр Лепехов

Все записи автора Александр Лепехов

Никто не высказался. Пока.

Выскажись

Об империях

Американский исследователь Р.Суни (цит.по Абдилдабекова А. «Формирование империи: теоретический ракурс») определяет империю как сложносоставное государство, в котором метрополия господствует над […]

О выборах

Полная версия интервью журналу “Эксперт-Казахстан” от 3 марта (выдержки были опубликованы в номере от 16 марта). – Какие причины вынудили […]

ОАЭ vs. Казахстан (инфографика)

Время от времени в соцсетях всплывает картинка, сравнивающая Дубаи 20 лет назад и сейчас. В Казахстане сделали такое же фотосравнение […]

Как власть уничтожала информационную безопасность, а потом схватилась за голову

Об информационной безопасности Казахстана в последнее время стали говорить чаще и громче, во многом из-за последствий российской аннексии Крыма и […]

Страницы истории: Колонизация казахской степи

Предлагаем вашему вниманию выдержки из статьи “Военная политика русского царизма на востоке в ХVIII – ХIХ в.в.” за авторством Кенжебекова […]

Письмо из Киева: Трансформации информационного поля после Майдана

Антон Кушнир о трансформациях информационного поля Украины, отключении российских телеканалов и третьем Майдане.