Пока в Украине подсчитывают голоса, предлагаем вам изучить историю выборов в Малайзии 2008 года. Они вошли в историю как первая кампания, в которой блоггеры стали членами парламента, а не наоборот…

Выборы в марте 2008 года стали важной вехой в политике Малайзии. Результат оказался неожиданным и беспрецедентным — единолично правившая с 1969 года коалиция «Национальный фронт» не смогла получить две трети мест в федеральном парламенте.

Эти выборы ознаменовали возвращение оппозиционных партий к реальной политике после почти 40 лет изоляции. Была сформирована многопартийная коалиция в правительстве взамен безальтернативного правления «Национального фронта».

Такого результата оппозиция смогла достичь благодаря умелому использованию блогов, SMS-рассылок, электронной почты и портала Youtube в ходе предвыборной агитации. В современной политике это, вероятно, было впервые, что блоггеры стали депутатами, а не наоборот.

Мандат от штата Пенанг получил известный блогер и фотограф Джефф Оой. Избиратели Петалинг-Джая выбрали Тони Пуа — блоггера, писавшего о проблемах образования. Оба кандидата выдвигались от левой Партии демократического действия.

Джефф Оой

Тони Пуа

Блогеры Мохамед Азмин Али и Элизабет Вонг, правозащитники и активисты в сфере свободы слова и интернета, были избраны от Народной партии справедливости. Также депутатский мандат получил бывший политзаключенный Тиань Чуа.

Азмин Али

Элизабет Вонг

Тиань Чуа

Такому исходу выборов способствовала политика «ослабления гаек» Абдуллы Бадави, который стал премьер-министром в октябре 2003 года и приоткрыл возможности для плюрализма мнений в противовес авторитарному правлению Махатхира Мохамада, при котором любые оппозиционные настроения жестко подавлялись.

Политическая система Малайзии с 1957 года описывается исследователями по-разному — то как “полуавторитарное государство”, то как “полу-” или “псевдодемократия”. Бадави в 2003 году отстранился от доктрины радикального исламизма Махатхира Мохамада, введя концепцию “цивилизованного ислама” (ислам хадари), что приветствовалось многими как приемлемая платформа для развития страны.

В Малайзии помимо самих малайцев (58%, из которых большинство — приверженцы ислама), живет очень много иммигрантов из Китая и Индии, которые исповедуют свои религии. Концепция “цивилизованного ислама” пропагандировала толерантность, а в качестве приоритетов были выбраны сохранение экономического роста и обеспечение достойного уровня жизни для всех нацменьшинств, поддержка местных производств в общинах, снижение безработицы и преступности.

Кроме того, Бадави объявил кампанию по борьбе с тотальной коррупцией в госаппарате — наследием автократии Махатхира. Полетели головы членов команды бывшего лидера страны. Однако, этих мер было недостаточно, и даже борьба с коррупцией не впечатляла своими скромными масштабами. Население ждало от правительства большего.

Эксперты комментировали тогда, что недовольство граждан было по-прежнему направлено против политики времен Махатхира, а Абдулла Бадави был «виноват» в том, что избавился не от всех старых аппаратчиков, замешанных в коррупционных делах.

Но, конечно, этого было бы недостаточно, если бы оппозиция не подошла к выборам более зрелой и дееспособной.

Избирательные процессы и результаты выборов в Малайзии с конца 1960-х всегда были рутиной — с неизменной победой правящей коалиции, закрепляя гегемонический статус «Национального фронта». Политологи отмечали, что прежде независимая Избирательная комиссия потеряла объективность, а правительство напрямую вмешивалось в ее работу.

Правящая коалиция привычно прибегала к махинациям как при нарезке избирательных округов, чтобы получить преимущество перед оппозицией, так и к фальсификациям при подсчете голосов. «Национальный фронт» на полную мощность использовал также свой контроль над гражданским обществом в лице множества общественных фондов, которые финансировались государством.

Все это год за годом все сильнее загоняло оппозицию в политический тупик.

Большую роль сыграла личность неформального лидера оппозиционных сил, Анвара Ибрагима. Он был заместителем премьер-министра Махатхира до 1999 г., пока его не осудили за коррупцию и гомосексуализм — надо сказать, это довольно «популярная» статья для малайзийских оппозиционеров. Многие наблюдатели были уверены, что политическая карьера Ибрагима подошла к концу, но он доказал обратное, объединив интересы трех разных партий — Панмалайзийской исламской партии (ПИП), Партии демократического действия и Народной партии справедливости (НПС).

Вряд ли оппозиция всерьез рассчитывала получить большинство в парламенте, но побороться за часть мандатов была готова — и потому партии пошли на «идейные» компромиссы, которые скорее можно назвать тактикой политтехнологий. Так, ПИП сменило лозунги исламизации на “повышение благосостояния народа”; ПДД всегда выступавшая за равные права для нацменьшинств, в кампании 2008 года разыграла патриотическую карту с предоставлением малайцам, как «государствообразующей» нации, некоторых привилегий; а убежденные либералы из НПС выдвинули лозунги снижения цен на бензин, бесплатного образования и здравоохранения.

Так ПИП стала более привлекательной для иммигрантов, ПДД получила поддержку коренных малайцев, а НПС завоевала симпатии беднейших слоев населения. Как отмечают малайзийские исследователи, впервые избиратели всерьез разглядели в оппозиции кандидатов.

Ранее они голосовали за правящую коалицию не потому что одобряли ее политику, а потому что не доверяли оппозиции.

Интернет на выборах 2008 г. был необходимым политическим инструментом для всех участников предвыборной гонки, но наибольшую пользу он принес оппозиции.

Умелое использование новых медиа помогло ей прекратить гегемонию Национального фронта в информационном поле. Для большинства малайцев именно интернет является основным и наиболее достоверным источником информации, тогда как телевидение и печатная пресса находятся под контролем правительства.

Независимые новостные сайты – Malaysian Insider, Malaysian Mirror и Free Malaysia Today – практически заполнили вакуум, созданный подконтрольными властям СМИ. Уже после выборов в «Национальном фронте» признали, что оппозиция смогла получить места в парламенте во многом благодаря новым медиа. Надо отдать должное, такие выводы не привели к серьезному ужесточению политики в сфере интернета — по данным Freedom House, в стране не блокируются сайты и не применяется онлайн-цензура.

В 2008 году интернетом в стране пользовались уже 63% населения (по сравнению с 15 процентами в 2000 году). К этому времени в Малайзии существовали и были довольно популярны социально-политические блоги, которые вели активисты оппозиции Анвар Ибраим, Джефф Оой, Лим Кит Сьянь и Тони Пуа, где обсуждались политические вопросы, и подвергалась критике политика государства.

Кроме членов оппозиции острые темы поднимал популярный блогер Раджа Петра Камарудин, правозащитники Малик Сарвар и Сьюзан Лун.

Здесь надо отметить, что проникновение интернета и популярность блогов были уже достаточно значительны во время избирательной кампании 2004 года. Почему же они сыграли гораздо большую роль четыре года спустя?

Во-первых, помимо личных страничек, набрал огромную известность независимый новостной веб-сайт Malaysiakini, отслеживавший коррупционные скандалы и нарушения в системе правосудия. По статистике, в дни предвыборной кампании 2008 года, сайт ежедневно посещали 2,134,301 уникальных пользователей, в то время как до выборов средняя посещаемость была на уровне 1 миллиона в месяц.

Во-вторых, блоги стали использоваться известными оппозиционными политиками, их ведение курировали профессионалы, послания к аудитории были понятными, а темы в постах адресовали ключевые проблемы правительства – инфляцию, нарушения прав нацменьшинств, кризис доверия к судебной системе и полиции.

Оппозиционные блоги работали на кампанию в целом, также предоставляя информацию о других кандидатах. Некоторые кандидаты через блоги собирали пожертвования в пользу своей кампании — например, Джефф Оой собрал таким образом десятки тысяч долларов.

Наконец, именно госполитика жесткого контроля над медиа-полем сделало для малайцев интернет единственным источником достоверной информации.

Помимо блогов, большую роль в кампании сыграли SMS и MMS сообщения, рассылаемые через сети сотовых операторов, и агитационные видео, которые активисты загружали на бесплатные хостинги. Многие малайзийцы уже тогда получали широкополосный доступ в интернет именно с сотовых телефонов.

SMS и MMS рассылки предвыборного штаба оппозиции позволили охватить большое количество электората в разных округах. Cообщения информировали избирателей о текущих событиях в предвыборной гонке, предоставляли ссылки на блоги и веб-сайты представителей оппозиции. Использование бесплатных видео-хостингов — таких, как Youtube и его местных аналогов — помогло справиться с информационной блокадой оппозиции на государственном телевидении.

Оппоненты «Национального фронта» выкладывали видеозаписи своих речей и ролики, освещавшие партийные мероприятия. Кроме того, рядовые пользователи загружали огромное количество вирусных агитматериалов антиправительственного содержания.

Например, один ролик представлял собой запись телефонного разговора известного адвоката, который предлагал помощь в назначении “нужных” людей на должности в Верховном суде. Большой популярностью пользовался видеоклип, показывавший как премьер-министр Абдулла Бадави спит на различных публичных мероприятиях.

Такие материалы выставляли правящую коалицию коррумпированной или нелепой в глазах даже самого аполитичного избирателя.

Выборы 2008 года преподали урок «Национальному фронту», но главное — они показали изменение в сознании граждан Малайзии, которые поняли, что могут доверять оппозиции и действительно повлиять на результат всеобщих выборов.

Нельзя сказать, что после этих выборов в страну раз и навсегда пришла демократия — вскоре после выборов, в июле 2008 года, власти арестовали Анвара Ибрагима, которого повторно обвинили в содомии, что по законам Малайзии грозит человеку 20 годами в тюрьме. Арест спровоцировал внутриполитический кризис и власти вынуждены были снять обвинения.

Вместе с местами в парламенте, оппозиция все же не смогла получить реальных рычагов для проведения реформ, и в 2011 году на площади Куала-Лумпура вышли десятки тысяч человек, требуя демократизации. Митинг был несанкционирован, и при разгоне более 500 активистов были арестованы, не менее 200 оппозиционеров по всей стране подверглись «превентивному аресту».

Весной 2013 года прошли очередные выборы — и снова тысячи сторонников оппозиции вышли на улицу, обвиняя правящую коалицию в фальсификации результатов, на которых оппозиция получила большинство симпатий электората (50% против 46% голосов), но «Национальный фронт» — из-за особенностей избирательной системы Малайзии — получил большинство в парламенте (ровно наоборот — 50% против 46% мандатов).

А ведь еще пять лет назад оппозиция праздновала завоеванные с большим трудом 9,9%…

_______________

В оформлении записи использована иллюстрация с сайта Gloriaoriggi

Расскажи друзьям

Об авторе Ян Васякин

Все записи автора Ян Васякин

Никто не высказался. Пока.

Выскажись

Об империях

Американский исследователь Р.Суни (цит.по Абдилдабекова А. «Формирование империи: теоретический ракурс») определяет империю как сложносоставное государство, в котором метрополия господствует над […]

О выборах

Полная версия интервью журналу “Эксперт-Казахстан” от 3 марта (выдержки были опубликованы в номере от 16 марта). – Какие причины вынудили […]

ОАЭ vs. Казахстан (инфографика)

Время от времени в соцсетях всплывает картинка, сравнивающая Дубаи 20 лет назад и сейчас. В Казахстане сделали такое же фотосравнение […]

Как власть уничтожала информационную безопасность, а потом схватилась за голову

Об информационной безопасности Казахстана в последнее время стали говорить чаще и громче, во многом из-за последствий российской аннексии Крыма и […]

Страницы истории: Колонизация казахской степи

Предлагаем вашему вниманию выдержки из статьи “Военная политика русского царизма на востоке в ХVIII – ХIХ в.в.” за авторством Кенжебекова […]

Письмо из Киева: Трансформации информационного поля после Майдана

Антон Кушнир о трансформациях информационного поля Украины, отключении российских телеканалов и третьем Майдане.