Александра Цай подводит итог своих размышлений о всплеске протестной активности, рассматривая их как акт свободной мысли в открытом пространстве, а также с точки зрения публичного искусства.

Внезапная девальвация вылилась в столь редкие для общественной жизни Алматы публичные акции протеста. Привезенный снег, невозмутимый Абай, несколько десятков человек, прошедших от дворца Республики к Новой площади, пламенная речь Жанар Секербаевой, сотрудники СОБРа, заталкивающие людей в автобусы, фотография красивой девушки в слезах и уводящего ее парня – это краткая хроника первой последевальвационной субботы. На следующий день людей на площади собралось значительно меньше – три прекрасные женщины художественным жестом выразили свое мнение относительно политики государства, которому хочется контролировать все и даже немножечко больше. В прошлое воскресенье свою гражданскую медитацию “Почему ему можно (подразумевая Золотого Человека), а нам нельзя?” провел на площади Адиль Нурмаков.

Я не буду анализировать эти акции или формы протеста, это уже сделали и сами участники – Женя Плахина, Валерия Ибраева, Адиль Нурмаков и многие их сограждане. Мне больше интересна реакция на эти акции. Со стороны государства и со стороны общества. Государство отреагировало довольно жестко – пришедших на мирный митинг увозили в РУВД.

Да, мы сами в свое время промолчали при принятии законов, запрещающих мирные общественные собрания, которые по сути являются лишь еще одной формой общения, инструментом коммуникации с государством, формой обозначения своего присутствия в данном пространстве. Я существую, а следовательно хочу, чтобы меня уважало, к моему мнению прислушивалось и моими интересами руководствовалось мое государство при принятии важных решений.

Общество тоже отреагировало неоднозначно, ведь какие бы то ни было акции для наших широт – это вещи исключительно редкие. Часть народа разделяет опасения государства в отношении “людей на площади” и того насилия и хаоса, которые они могут посеять. Другая часть подозревает во вмешательстве некие силы, готовящие якобы провокации.

И вот здесь, наверное, кроется что-то очень важное для нашего дальнейшего бытия в общественном пространстве – пространстве, что мы разделяем друг с другом и с государством, которое устанавливает правила игры.

Если мы хотим добиться уважения от государства, для начала нужно уважать самих себя и друг друга. Доверять другим и себе, образу мыслей и способности на что-то повлиять. Ведь речь тут именно о доверии – к иной эстетике протеста, к “людям на площади”, которые туда вышли в силу своей гражданской позиции и желания что-то изменить. Доверие, или вера в свое право на свободное высказывание и участие в общественном процессе.

Если рассматривать эти акции с точки зрения публичного искусства – то есть того искусства, которое экспонируется или вторгается в общественное пространство и общественную жизнь – то одним из главных критериев оценки той или иной акции (или предмета) выступает ответная реакция на него. Реакция, которую заранее не просчитать. Например, Pussy Riot не были бы одним из самых знаковых субъектов российского современного искусства (а сегодня трудно найти более узнаваемый во всем мире символ, изготовленный российским арт-цехом, чем девушки в цветных чулках и масками на лице), если бы не реакция государства, оценившего пятиминутный перформанс в Храме Христа Спасителя двумя годами колонии.

Публичное искусство рассматривает свои объекты не только через призму эстетики, не только по внутренним законам искусства, но и по тому, как они взаимодействуют с иными, внешними сферами жизни. Чтобы публичное искусство (или даже акционизм) состоялся, необходима аудитория, готовая реагировать и рефлексировать – и этой аудиторией должно быть не только государство.

Выбирая жест, художник всегда рискует, так как не знает и до конца не уверен, как поведет себя общественное пространство, в которое он вторгается. Однако удачный художественный жест может быть очень эффективным инструментом коммуникации с государством и социумом. Нельзя быть готовым к художественному жесту, но можно с доверием или уважением отнестись к выражению иного взгляда, к форме его подачи или предложить свою. Думаю, общество начинается именно с этого.

Расскажи друзьям

Об авторе Александра Цай

Все записи автора Александра Цай

Никто не высказался. Пока.

Выскажись

Об империях

Американский исследователь Р.Суни (цит.по Абдилдабекова А. «Формирование империи: теоретический ракурс») определяет империю как сложносоставное государство, в котором метрополия господствует над […]

О выборах

Полная версия интервью журналу “Эксперт-Казахстан” от 3 марта (выдержки были опубликованы в номере от 16 марта). – Какие причины вынудили […]

ОАЭ vs. Казахстан (инфографика)

Время от времени в соцсетях всплывает картинка, сравнивающая Дубаи 20 лет назад и сейчас. В Казахстане сделали такое же фотосравнение […]

Как власть уничтожала информационную безопасность, а потом схватилась за голову

Об информационной безопасности Казахстана в последнее время стали говорить чаще и громче, во многом из-за последствий российской аннексии Крыма и […]

Страницы истории: Колонизация казахской степи

Предлагаем вашему вниманию выдержки из статьи “Военная политика русского царизма на востоке в ХVIII – ХIХ в.в.” за авторством Кенжебекова […]

Письмо из Киева: Трансформации информационного поля после Майдана

Антон Кушнир о трансформациях информационного поля Украины, отключении российских телеканалов и третьем Майдане.