Культурная политика Фонда Сороса, осуществляемая на постсоветском пространстве была своего рода «культурным планом Маршалла» после холодной войны. На сеть центров современного искусства, охватившую Восточную Европу, Прибалтику, Россию и Казахстан, возлагалась миссия по поддержке современного художественного процесса в стране и интеграция его в мировой художественные процесс. Иными словами, легитимация соврискав коридорах власти и частного капитала как индекса демократии и культурного развития. Что, собственно, и произошло, с той или иной степенью «успеха». Уже к началу 2000-х все центры отпочковались, сделались независимыми или закрылись вовсе, а современное искусство стало если не мейнстримом, то неотъемлемой частью дискурса и культурной индустрии.

Это произошло везде за исключением Казахстана. Алматинскому центру-долгожителю за 10 лет так и не удалось наладить диалог ни с государством, ни с частным капиталом, ни с общественностью.

Это обстоятельство кажется весьма странным, учитывая тот факт, что все эти годы председателем правления СЦСИ [1] был, по сути, представитель власти в лице (перечисление в исторической последовательности) члена КПСС, заслуженного деятеля искусств Казахской ССР, народного депутата СССР, члена Верховного Совета СССР, члена Совета Международной конфедерации союзов художников, профессора, народного художника Республики Казахстан, председателя Союза художников Казахстана, лауреата независимой национальной премии «Платиновый Тарлан – Еркина Мергенова. Частный капитал также был представлен в лице американского бизнесмена, коллекционера и мецената – Ричарда Спунера. А «количество и качество» казахстанских художников вызывало удивление и неподдельный интерес не только со стороны международного арт-сообщества, но и в родном контексте. Так в чем же тогда причина этой неудачи?

Возможно, в том, что современное искусство действительно объективно было здесь не нужно, как, впрочем, и демократия, и гражданское общество – и поэтому все усилия были направленны на “покорение Дикого Запада”.

Возможно, бизнес-элита на тот момент (очевидно, под сильным влиянием Михаила Лифшица [2]), не воспринимала ни модернизм, ни, прости господи, постмодернизм как искусство. Или, как объяснила директор СЦСИ Валерия Ибраева, причина в том, что у нас слишком часто менялись министры культуры:

«…Я спросила тогда у него, как нам наладить сотрудничество. Он ответил, что министерство открыто и нужно самим сделать шаг вперед. Но руководители в министерстве так часто меняются, что делаешь шаг вперед, а он получается в сторону. И так по кругу». [3]

Однако, есть ряд примеров, которые говорят о том, что все могло быть и по-другому, даже без Фонда Сороса. В более консервативном и «отсталом» Узбекистане, во многом благодаря Нигоре Ахмедовой, в 2001 году открылась первая Ташкентская бьеннале современного искусства. Другой вопрос, во что она превратилась сейчас, но в данном случае важен сам прецедент «прихода государства». В маленьком бедном Кыргызстане благодаря Улану Джапарову возникла частная инициатива, результатом которой в 2005 году стал первый Венецианский павильон Центральной Азии.

Понятно, что государственная институциализация и контроль вещь не только опасная, но и малоприятная – и рынок всегда имеет две стороны монеты. Однако, не пройдя эти стадии мы, во-первых, вряд ли избавимся от, как ни крути, существующих иллюзий «правого дела».

Во-вторых, столкнувшись с новой эмпирией, мы сможем не только выявить болевые точки, но и выработать принцип действия по отношению к ситуации. Вся история искусств, начиная с 19 в. – это перманентная борьба между властью и художником за эстетическую гегемонию. И в этом смысле текст Сергея Маслова «Мертвые идут» скорее о несостоявшемся настоящем, чем о состоявшемся будущем. Только сейчас мы наблюдаем процессы, которые явно должны были произойти еще в начале 2000-х. И, как ни странно, вторая волна институциализации началась лишь после того как закрылся СЦСИ. Возможно, это лишь случайное совпадение… Делать прогнозы и предсказывать будущее – дело неблагодарное, но, как видится, необходимое. Нам предстоит увидеть процесс легитимации современного искусства в Казахстане. Появится национальный павильон на Венеции, несколько государственных и частных институций, даже, может быть, бьеннале. Запустится процесс гентрификации и индустриализации нематериального труда. Но происходить все это будет уже на фоне текущего кризиса капитализма, репрезентации и институций – в международном контексте. И растущей культурной и экономической сегрегации, исламизации – в контексте локальном. Одним словом, адженда десятых категорична по отношению к повестке нулевых.

Нам решать – остаться ли в предлагаемой властью парадигме застойных, «стабильных» и «сытых» нулевых и дать пророчеству Маслова сбыться.

Или же снять розовые очки, перенастроить оптику со следствий на причины и начать непростую, долгую но совершенно необходимую работу, в процессе которой появятся новые внеинстуциональные формы жизни, адекватные вызовам современности, а искусство будет реализовывать свой просвещенческий, критический и эмансипирующий потенциал.

________________________________________________________ (1) Центр Современного искусства Сороса-Алматы 1998-2008. (2) Михаил Александрович Лифшиц 1905-1983. Советский философ марксист. Последовательно и неизменно критиковал модернизм. (3) Интервью на портале nur.kz от 5 февраля 2009 года.

Расскажи друзьям

Об авторе Александр Угай

Все записи автора Александр Угай
Художник.

Никто не высказался. Пока.

Выскажись

Об империях

Американский исследователь Р.Суни (цит.по Абдилдабекова А. «Формирование империи: теоретический ракурс») определяет империю как сложносоставное государство, в котором метрополия господствует над […]

О выборах

Полная версия интервью журналу “Эксперт-Казахстан” от 3 марта (выдержки были опубликованы в номере от 16 марта). – Какие причины вынудили […]

ОАЭ vs. Казахстан (инфографика)

Время от времени в соцсетях всплывает картинка, сравнивающая Дубаи 20 лет назад и сейчас. В Казахстане сделали такое же фотосравнение […]

Как власть уничтожала информационную безопасность, а потом схватилась за голову

Об информационной безопасности Казахстана в последнее время стали говорить чаще и громче, во многом из-за последствий российской аннексии Крыма и […]

Страницы истории: Колонизация казахской степи

Предлагаем вашему вниманию выдержки из статьи “Военная политика русского царизма на востоке в ХVIII – ХIХ в.в.” за авторством Кенжебекова […]

Письмо из Киева: Трансформации информационного поля после Майдана

Антон Кушнир о трансформациях информационного поля Украины, отключении российских телеканалов и третьем Майдане.