Письмо Путина американскому народу 11 сентября вызвало широкий резонанс и разную степень одобрения многих граждан в нашей части света. Вскоре после этого Путина выдвинули на Нобелевскую премию мира. Мне нечего возразить идее мирного урегулирования кроме того, что в Сирии это уже невозможно и гражданская война продолжится до полного уничтожения одной из сторон. И мне нечего сказать в поддержку идеи о военной операции в Сирии – но не потому, что вмешательство в любой гражданский конфликт следует считать вмешательством во внутренние дела государства – а только потому, что уже поздно, когда котел войны вышел из зоны понимания международным сообществом происходящего.

Гражданский конфликт, в ходе которого власти отвечают военным насилием на протесты народа, должен всегда вызывать международную реакцию, чтобы ситуация не была запущена до такого состояния, когда обе (или больше) стороны уже сознательно выбирают вооруженную борьбу. Война, вызывающая гуманитарную катастрофу, не может быть внутренним делом, то есть таким делом, которое общество данной страны способно решить цивилизованными процедурами. Если сильный решает разобраться с гражданами огневой силой, это должно считаться преступлением, потому что иначе это выглядит приемлемой практикой. И для меня это звучит циничной иронией, что два года применения стрелкового оружия и бомб воспринимались толерантно, а внимание к этому конфликту вернулось только при упоминании химического оружия. Как и то, что интересы одного человека (на двоих с отцом, Хафезом Асадом, у него больше 40 лет властвования над страной) – и его окружения – некоторые всерьез рассматривают как национальные интересы Сирии.

Да, доктрина Трумэна о вмешательстве в случаи нарушения прав человека и подавления свободы была придумана в противовес соцлагерю и отдает “исключительностью”, которую и критикует Путин в своей статье.  И да, это не то, как должны решаться вопросы международной политики, но мы живем в крайне  неидеальном мире новой холодной войны – и если бы ее не было, то государства по обе стороны планеты могли бы довольно легко прийти к консенсусу о том, что их коллеге из третьей страны хорошо бы не бомбить своих граждан (а в 2011 году наемников и прочих джихадистов даже духу не было) – откуда тут могут быть два мнения? И именно “холодная война 2.0″ диктует сегодняшнюю конфронтацию и ее запущенное состояние, и ее тупиковость.

Здесь имеет смысл вернуться к письму Путина – я не буду говорить об этичности или нарушениях логики того факта, что о равенстве людей говорит президент сегодняшней России, погрузившейся в мракобесие, и элитарность коррупционеров, отгородившихся своим авторитаризмом от остального общества. Не буду вспоминать об их собственной доктрине “принуждения к миру”, когда их армия вошла вглубь территории суверенного государства, где не происходило ничего подобного тому, что происходит в Сирии. Меня поражает номинация Путина на Нобелевскую премию мира даже больше, чем настойчивые (сколь и безуспешные) выдвижения на этот приз нашего президента, но я бы хотел отметить только один момент.

В условиях холодной войны консенсус между сторонами невозможен, и институты для консенсуса перестают работать (если они вообще работали – ведь и холодная война практически не прекращалась). Путин пишет, что Совет безопасности ООН является авторитетным органом и вершиной мудрости при решении мировых конфликтов, но это, конечно, не так. Во-первых, этот орган вообще не предполагает компромисса – постоянные члены имеют право вето. А во-вторых, его состав эксклюзивен, и ничто не мешает державы в принятии решений относительно третьих стран руководствоваться собственными интересами, и только ими. Призыв Путина решать вопросы через Совбез – это призыв оставить своего товарища в покое, потому что через процедуры этого органа сирийскому режиму ничего не угрожает. Тем временем, сам Путин, не прекращая поставок оружия Асаду и его союзникам, может пиариться в международных СМИ как ангел света и голубь мира.

Чему это учит нас? Может быть, и ничему, а может быть, можно попробовать сыграть в игру “Найди отличия в режимах Казахстана и Сирии”? Или представить себя на месте гражданского населения этой ближневосточной страны и спросить себя – когда тебя и твоих соседей бомбят, захочешь ли ты, чтобы обидчика наказали, или будешь требовать, чтобы остальной мир оставил вашу страну в покое?

В оформлении поста использована работа филиппинского иллюстратора Dan Matutina (взято с adme.ru)

Расскажи друзьям
Адиль Нурмаков, кандидат полит. наук. Верит в успех безнадежных мероприятий.

Никто не высказался. Пока.

Выскажись

Об империях

Американский исследователь Р.Суни (цит.по Абдилдабекова А. «Формирование империи: теоретический ракурс») определяет империю как сложносоставное государство, в котором метрополия господствует над […]

О выборах

Полная версия интервью журналу “Эксперт-Казахстан” от 3 марта (выдержки были опубликованы в номере от 16 марта). – Какие причины вынудили […]

ОАЭ vs. Казахстан (инфографика)

Время от времени в соцсетях всплывает картинка, сравнивающая Дубаи 20 лет назад и сейчас. В Казахстане сделали такое же фотосравнение […]

Как власть уничтожала информационную безопасность, а потом схватилась за голову

Об информационной безопасности Казахстана в последнее время стали говорить чаще и громче, во многом из-за последствий российской аннексии Крыма и […]

Страницы истории: Колонизация казахской степи

Предлагаем вашему вниманию выдержки из статьи “Военная политика русского царизма на востоке в ХVIII – ХIХ в.в.” за авторством Кенжебекова […]

Письмо из Киева: Трансформации информационного поля после Майдана

Антон Кушнир о трансформациях информационного поля Украины, отключении российских телеканалов и третьем Майдане.